Любому, отправляющемуся на эту премьеру, советуем перечитать вторую часть знаменитой трилогии Бомарше, ту самую, где хитрый брадобрей задумал жениться, а также …. «Евгения Онегина» Пушкина.
— Причём тут Пушкин? — спросит зритель и будет прав. А притом, что лауреату премии правительства Москвы Олегу Митрофанову пришло в голову «запрячь в одну телегу», помимо трепетной лани, ещё кого-то. Кто здесь Пушкин с Чайковским, а кто — Моцарт, решать тому же зрителю. А головоломка не из простых.
По принципу «а почему бы и нет?!» гостям на балу у Лариных приехавший из Германии туманной Ленский предлагает разыграть оперу (вот какие у нас провинциалы!) некоего Моцарта. Тут же распределяются роли. И весьма кстати приходится бабушкин сундук с остатками (именно — остатками!) одежды века ХVIII-го.
То есть у нас артисты-любители из глубокой российской провинции (попробуй их ещё сыграй) представляют персонажей прошлого для них века. Задачка сложная и для хорошего драматического актёра, а тут — вокалисты.
Про женскую часть труппы в актёрском плане ничего худого не скажешь, а с мужскими актёрскими талантами — проблемы. Разве что Трике — Базилио (Владимир Кабанов) и Зарецкий — Бартоло (Юрий Алёхин) вписываются в предложенную схему.
А вот лауреат «Золотой Маски» Дмитрий Аверин оказался вовсе не на высоте. Он и не Ленский (хотя что там можно рассмотреть в этой мешанине, особенно во втором действии?), и уж точно не Фигаро, один из известнейших характеров мировой сцены.
Он может быть каким угодно, но явно не тем деревенским увальнем, которым представлен на сцене Музыкального.
Финал «Онегина» и финал «Свадьбы Фигаро»», как говорят в Одессе, две большие разницы. Но нашему продвинутому режиссёру без разницы, кого с кем скрещивать.
И вот уже одно действие пересекает другое, и в итоге Татьяна — она же Графиня — замиряет двух пушкинских героев. Все живы и здоровы. Но Пушкину явно неспокойно в гробу. Думается, Чайковскому (а он, как известно, автор перевода либретто «Свадьбы…» на русский язык) — тоже.
Сказать, чтобы оркестр звучал хорошо, — и этого не скажешь. Но бедным оркестрантам можно только посочувствовать: далеко не в полном своём составе они играют как-то бледно, не говоря уже о том, что по воле режиссёра сидят то на сцене, то в родной оркестровой яме.
Как несчастные артисты поют в первом действии, не видя дирижёра, остается только догадываться…
Фото автора
Поделиться: